П. А. Кропоткин и его Учение. Интернациональный сборник. 
Г. Максимов. Кропоткин и Синдикализм. Стр. 99-120.


Кропоткин и Синдикализм

 

Глубокая и многогранная натура П. А. Кропоткина, одаренная острым умом, внесла в сокровищницу человеческих достижений много ценного.

Нужно помнить, что Кропоткин приобрел мировую известность не только как революционер-анархист, на и как ученый, как революционер в науке. Еще сравнительно молодым человеком, путешествуя по Сибири, изучая озера Финляндии, он внес крупный вклад в географию и геологию; затем, продолжая занятия естественными науками, он поставил дарвинизм на истинно научную почву, привнеся в него, открытый и неопровержимо им доказанный, закон взаимной помощи, который также как и закон борьбы за существование, и даже в гораздо большей степени является одним из основных факторов прогресса, прогрессивной эволюции. Это открытие, которое влечет за собою глубочайшую революцию не только в естественных науках, но и в науках социальных, есть величайший памятник, который П. А. Кропоткин оставил после себя.

Применяя естественно-научный метод, метод индукции, к наукам социальным, Кропоткин и в этой области проложил новые пути и наметил новые решения вопросов, которыми заняты социальные науки. Возьмем ли мы историю („История Великой Французской Революции*), возьмем ли политическую экономию („Поля, Фабрики и Мастерские*) или философию и социологию („Этика“, „Современная Наука и Анархия“), перед нами открываются новые пути, новые и необозримые дали; величественные, но не поражающие наш ум мистицизмом, толкающим в об’ятия метафизики … Все прозрачно и ясно, как весеннее голубое небо; все проникнуто теплотою солнца….

Несомненно, значение П. А. Кропоткина в научной области велико, но мы не имеем в виду заниматься сейчас оценкой этого значения, мы хотим здесь рассмотреть отношение Кропоткина к тому движению рабочего класса,

___________________________________________
ИНТЕРНАЦИОНАЛЬНЫЙ СБОРНИК           100

которое в Первом Интернационале называлось „федералистическим“, в конце прошлого столетия и в первые два десятилетия нашего века „революционно-синдикалистким“, а теперь зовется „анархо-синдикалистким“.

* * *

В первую свою поездку заграницу (1872) Кропоткин примкнул к бакунистской ветви Интернационала. Вернувшись в Россию, он вплотную подошел к революционному движению и, после некоторых размышлений, оставил научную карьеру и целиком отдался революции.*)

Тогдашние условия русской действительности были таковы, что о легальной деятельности не могло быть и речи. В условиях ужасного царского деспотизма работа тогдашних революционеров неизбежно должна была принять подпольный групповой характер, а организационно вынуждена была быть распыленной по группам и кружкам, которые далеко не всегда достаточно хорошо были связаны между собою. Кроме деспотизма такому характеру движения содействовала еще и экономическая отсталость России и, как следствие этой отсталости, отсутствие фабричного и земледельческого пролетариата. В силу этих причин, основной почвой для пропаганды было преимущественно крестьянство. Но крестьянство, в силу этих же самых причин, не могло быть об’единено как класс, тогда даже и речи не могло быть о создании организованного классово-сознательного движения крестьян. Российская действительность диктовала особые методы революционной борьбы; Кропоткин не мог не проникнуться кружковой психологией тогдашнего русского революционного движения. Эта психология овладела им довольно сильно и, когда он бежал заграницу, она владела им целиком.

Кружковая и конспиративная психология, плод Российской действительности, у Кропоткина не рассеялась заграницей; наоборот, она даже укрепилась. Этому способствовали политические условия Запада, в частности Франции. Дело в следующем, после поражения Парижской Коммуны в Европе господствовала реакция: только что широко развернувшееся

________
*) См. „Записки Революционера“, изд. „Голос Труда“, П. И., 1920.

___________________________________________
П. А. КРОПОТКИН И ЕГО УЧЕНИЕ               101

Толкая пролетариат на путь легальной политической борьбы, на путь парламентских реформ, она тем самым вызвала со стороны вытесняемых ею революционных социалистов нездоровую реакцию, которая оттолкнула их от принципов бакунизма, принципов выработанных в Интернационале, принципов революционного профессионального рабочего движения, согласно которым теперешние рабочие об’единения, выполняющие ныне боевые задачи, являются ячейками будущего общества или, как говорил Бакунин, „ныне они образуют ценные зародыши для организации будущего общества“.рабочее движение было разбито и задушено; Интернационал во Франции был об’явлен противозаконной организацией и жестоко преследовался. Ко всему этому сам Интернационал, по причинам лежавшим отчасти в нем самом, все более и более приходил в упадок и, к моменту приезда П. А. Кропоткина во Францию (1876 г.), находился уже в плачевном состоянии, а через три года окончил свое существование. На фоне общей политической реакции и распада массового рабочего движения, пропитанного анархическими тенденциями, ярким светом загоралась социал-демократическая звезда. Как наиболее умеренная ветвь социализма, как партия политической реформы и приспособленчества, социал-демократия сумела приспособиться к неблагоприятно сложившейся для революционного социализма обстановке и, овладевая, мало-помалу, пролетариатом, вытеснила революционных социалистов, низведя их влияние на рабочие массы до минимума.

Все эти обстоятельства привели к тому, что анархисты замкнулись в идеологические группы, оторвались от массового рабочего движения, многие стали отвергать классовую борьбу, и вместо борьбы совместно с пролетариатом и в недрах пролетариата, повели борьбу самостоятельно, силами своих маленьких и плохо организованных групп, которые стали единственной сферой приложения их сил.

* * *

Ясно, такое положение дел не могло не привести к большим отступлениям в области теории. Благодаря отрыву от масс, благодаря добровольной изоляции от реальной жиз-

___________________________________________
ИНТЕРНАЦИОНАЛЬНЫЙ СБОРНИК           102

ни, появилась теория роли личности в истории, резко отличная от теории М. А. Бакунина. В то время как Бакунин придавал огромное значение безымянной массе и коллективу и отводил личности скромное место, в группах эта теория была перевернута вверх ногами; герои и героическое, индивидуальные акты выдвинулись на первое место*). Отсюда не далеко было до логического вывода, который и не замедлили сделать, что героическое усилие отдельной личности, жертвующей своей свободой и жизнью, может пробудить сонное общество и увлечь пролетариат на путь решительной борьбы за полное освобождение или, в крайнем случае, запугать господствующие классы и тем умерить их эксплоататорское и угнетательское рвение. Личность, отдельная пылинка человеческая, вышла на борьбу с государством и капитализмом. Началась неравная борьба, которая вылилась в голый терроризм, часто затуманивавший основную цель анархизма. В 90-х г.г. эта борьба приняла во Франции широкий размах. Так создалась эпоха динамита, которая еще более отдалила анархистов от широких рабочих масс и от организованного массового рабочего движения. Французская динамитная тактика оказала разлагающее влияние на все международное анархическое движение, в частности, эта тактика породила в России “безмотивный террор“ 1905-7 годов, отошедший, к счастью, в область невозвратного прошлого.**)

Каково же было отношение Кропоткина к происходившему процессу сдвига анархического движения с позиций Интернационала в сторону групповой деятельности? Содействовал ли он этому сдвигу и всем вытекавшим из него логическим последствиям или же он противодействовал такому уклону? Поплыл ли он по течению, которое прибило анархистов к берегу теории героического в истории

________
*)  „Теперь в революционной деятельности, как и в труде, коллектив должен заменить личность.“ Михаил Бакунин, Избранные сочинения. Том V. Стр. 219. Изд. „Голос Труда“, ПТБ.—М. 1922.
**) „Безмотивный террор“, „антикапиталистический террор“ проповедывался на страницах „Безначалия“ (1905 г.), „Черного Знамени“, (1905-6), „Бунтаря“ (1906-7) и защищался некоторыми (Иуда Рощин-Гросман) даже на страницах „Рабочего Мира“ (1913, № 6, Цурих; см. статью „По поводу статьи тов. Ф. А.“).
„Безначалие» требовало „признания террора и всяких восстаний: и открытой уличной борьбы во всех возможных видах ее и в какой бы жестокой форме и террор я уличная борьба не выливались». „Безначалие» № 1, 1905 г. Изд. Анархистов-Коммунистов.

___________________________________________
П. А. КРОПОТКИН И ЕГО УЧЕНИЕ               103

или же он плыл против течения, оставаясь верным заветам Интернационала?*).

* * *

Переход западного анархического движения к групповой деятельности соответствовал настроению русского революционера-подпольника и Кропоткин ничего плохого в этом не видел, наоборот, он, повидимому, считал необходимым пережить такой групповой период, ибо полагал необходимым, прежде чем снова перейти к массовой работе, чтобы анархисты „выработали свои идеалы и цели“, чтобы анархисты „сложились, как люди, воодушевленные общей целью и согласившиеся в общих чертах относитель-

________
*) Семь лет тому назад, я писал в „Голосе Труженика“ (№№ 232-233, орган русских Индустриальных Рабочих Мира, Чикаго) по этому поводу следующее:
„Обстановка революционного движения на Западе, как мы сказали выше, вполне соответствовала настроению русского революционера-подпольника, каким был П. А. Кропоткин в свой вторичный приезд заграницу. Это обстоятельство не дало П. А. критически подойти к намечавшемуся изменению в тактике западных анархистов, наоборот он окунулся с головой в иностранное рабочее движение, главным образом во французское, и блестящими статьями, из которых потом составились две замечательных книги: „Речи Бунтовщика“ и „Хлеб и Воля“, в значительной степени содействовал успеху наметившегося отхода от бакунизма, от массового рабочего движения. Под его пером затушевалась и стала донельзя расплывчатой теория классовой борьбы, обезценивалась повседневная работа рабочих при помощи их профессиональных об’единений, а роль этих об’единений для будущего строительства отрицалась. Затем, когда П. А. Кропоткин поселился на жительство в Англию и отошел от непосредственной боевой анархической работы и занялся работой теоретической, теория классовой борьбы, благодаря тому огромному вниманию, которое он уделил доказательству и обоснованию закона взаимной помощи, еще более побледнела под его пером.
„Однако, живой и проницательный ум, которым счастливо был одарен П. А., не мог не усмотреть допущенных ошибок по отношению к рабочему движению, к роли рабочих организаций в настоящем и в будущем. Перемена во взглядах П. А. на классовую борьбу и на рабочее движение была обусловлена следующими обстоятельствами: развитием во Франции революционного синдикализма, русской революцией 1905-6 годов и, наконец, эта перемена окончательно была закреплена русской революцией 1917-21 годов.“
Все эти ответы, на поставленные выше вопросы, представляются мне теперь очень ошибочными и не соответствующими фактам. Ответы должны быть совсем другие.

___________________________________________
ИНТЕРНАЦИОНАЛЬНЫЙ СБОРНИК           104

но способов действия“.*) И для этого группы были подходящими лабораториями. Кропоткин не предвидел, что в этих идейных лабораториях химия займет видное место.

Кропоткин был членом Интернационала и после своего бегства заграницу работал с Юрской Федерацией, сотрудничал в ее „Бюллетене“, редактировавшемся Джемсом Гильомом, и принимал самое активное участие в интернациональном рабочем движении вплоть до ареста во Франции, до декабря 1882 года. За эти годы (1876- 1882) Кропоткин посвятил себя научной разработке идей Международного Товарищества Рабочих и М. Бакунина. В указанный период он написал ряд блестящих статей, из которых составилась книга „Речи Бунтовщика“. В этих статьях Кропоткин подверг жесточайшей критике современный государственно-капиталистический строй общества и доказывал неизбежность социальной революции. Здесь, в этих статьях, Кропоткин твердо стоял на почве классовой борьбы и оставался верным идеям Интернационала. Он верил, „что только в тот день, когда рабочий и крестьянин пойдут рука об руку завоевывать равенство для всех, революция победит и принесет счастие всему человечеству, как в убогую хижину крестьянина, так и в рабочие кварталы городов“. *)

* * *

В 1886 году Кропоткин досрочно был освобожден из французской тюрьмы в Клерво и изгнан из Франции. Кропоткин поселился в Англии и прожил там до 1917 года.

В невольном английском уединении Кропоткин написал ряд статей для „Le Révolté“, которую издавал Жан Грав. Из этих статей составилась книга  „Хлеб и Воля“. В этой книге Кропоткин пытался нарисовать картину организации будущего общества на анархических началах. Книга появилась в свет в 1892 году; своим появлением и своим содержанием она была живым протестом против теории

________
*)  „Русская Революция и Анархизм“. Доклады, читанные на с’езде Коммунистов-Анархистов в октябре 1906 года. Под редакцией П. Кропоткина. Лондон, 1907. См. докл. Кропоткина „Наше отношение к крестьянским и рабочим союзам“, стр. 36.
**)  П. Кропоткин, „Речи Бунтовщика». Перевод с франц. под редакцией автора. С предисловием и послесловием автора к новому русскому изданию. Изд. „Голос Труда». ПТБ.-М. 1921. XI. Парижская Коммуна, стр. 145.

___________________________________________
П. А. КРОПОТКИН И ЕГО УЧЕНИЕ               105

героев в истории, которая проповедывалась динамитом французскими анархистами этого времени — Равашоль, Анри и др. В этой построительной или, говоря по модному, по-теперешнему, в этой конструктивной работе Кропоткин не только не умалял роли рабочих союзов, но всячески старался подчеркнуть их значение в перестройке общества*). Однако, вид нового общества у Кропоткина получался несколько иной, чем он представлялся деятелям Интернационала и Бакунину. Бакунину новое общество представлялось ничем иным, как Интернационалом рабочих производственных организаций, включающим земледельческие ассоциации и ассоциации работников умственного труда, т. е. организационная структура общества носит синдикальный характер,**) тогда как в “Хлеб и Воле” Кропоткин развивает коммуналистический тип организации общества***). Но в дальнейшем, как мы увидим, Кропоткин не настаивал на этой форме организации и склонялся к синдикальному типу организации общества, но не к узкому синдикальному типу, который выдвигали некоторые революционные синдикалисты, неотделавшиеся от марксистской метафизики, а к тому типу организации, который проповедывался анархической ветвью интернационала и Бакуниным и который ныне выдвигается анархо-синдикалистами.

В дальнейшем Кропоткин занялся научной деятельностью и не принимал уже такого деятельного участия в движении, как раньше; сердечный же удар, который его постиг в 1901 г., еще больше отдалил его от активной работы в движении. До постигшей болезни Кропоткин еще мог совмещать научную работу с работой в движении и до 1901 г. он написал немало статей, в которых он звал и толкал движение на путь широкой массовой работы, развивал идеи, зародившиеся в Интернационале, которому он

________
*)  П. Кропоткин, „Хлеб и Воля“, изд. „Голос Труда“, ПТБ. 1919 г.
**)   „Серьезная международная организация рабочих союзов всех стран способна заменить этот отходящий политический мир государств и буржуазии“. Михаил Бакунин, избран, соч., том IV, стр. 22, изд. „Голос Труда“, ПТБ.-М. 1920. Вообще, все сочинения Бакунина проникнуты, так называемыми, синднкалисткими идеями.
***)  В предисловии к русскому изданию книги Э. Пато и Э. Пуже „Как мы совершим революцию“ (Изд. „Голос Труда“ “ ПТБ.-М. 1920) сам Кропоткин называет свое построение нового общества коммуналистическим: „Я попробовал, пишет Кропоткин, нарисовать в книжке „Хлеб и Воля“ коммунальную утопию“.

___________________________________________
ИНТЕРНАЦИОНАЛЬНЫЙ СБОРНИК           106

остался верен до последнего дня своей жизни.*). И не его вина, что многие анархисты восприняли его работу о „Взаимной помощи“, как манифест против классовой борьбы. Здесь с Кропоткином случилось то же самое, что с Дарвином, последователи которого борьбу за существование возвели в программу действия,

„Если в природе и в человеческом обществе существует закон взаимной поддержки, взаимной помощи, то, значит, нет борьбы за существование, нет и классовой борьбы, а потому анархизм — учение неклассовое, классовой борьбы не признает и ничего с ней не имеет общего; классовая борьба — марксизм“.

Конечно, Кропоткин с этими своими “последователями” ничего общего не имел и иметь не мог. Но, тем не менее, у многих создалось впечатление, что Кропоткин отрицает классовую борьбу. На самом же деле Кропоткин всю тактику анархизма строил исключительно на почве классовой борьбы, сам принимал в ней активное участие, как член интернационала, и звал к этому всех, кто искренне верил в необходимость перерождения общества через социальную революцию **). И это он делал всегда, где только мог и где к этому представлялась хоть малейшая возможность. Поэтому Кропоткину не было надобности менять своих взглядов в этих вопросах, как я неправильно утверждал семь лет тому назад, ибо они оставались у него неизменными на протяжении всей его жизни от Бородина, ведшего революционную работу среди петербургских рабочих, до Дмитровского отшельника.

* * *

Эпоха Равашоля, “эра динамита“, вызвала во француз-

________
*)   До сего времени большинстве знакомо, главным образом, только с произведениями Кропоткина, в которых он научно развивал и обосновывал философию анархизма и коммунизма, или в которых, как он пишет в „Записках Революционера“, изд. „Голос Труда“, стр. 316-317, он строит анархизм „теми же методами, какие применяются в естественных науках“, и очень немногие знакомы с его статьями, посвященными рабочему движении и его философии, которые печатались во многих французских, английских и русских анархических журналах и газетах. Издание этих статей в компактном виде настоятельно необходимо для нашего движения.
*)  См. статьи Кропоткина в журналах „Хлеб и Воля“, „Листки „Хлеб и Воля“, “Le Revolte”, “La Revolte”, “Les Temps Nouveaux”, “Bataille”, “Freedom” и мн. др.

___________________________________________
П. А. КРОПОТКИН И ЕГО УЧЕНИЕ               107

ском анархическом движении здоровую против себя реакцию. Такие деятели, как Пеллутье, осознали всю безпочвенность анархического движения того времени и обратили внимание на синдикальное, профессиональное движение рабочих. Пеллутье со всей энергией отдался революционной работе в среде профессионально организованного пролетариата и вызвал целый ряд подражателей, которые пошли по его стопам. Благодаря их работе, французское рабочее движение стало, мало-помалу, проникаться идеями, одушевлявшими в свое время Первый Интернационал. К концу 1900 года движение почти окончательно сложилось, а на с’езде в Амьене (1906 г.) была принята платформа нового движения, „амьенская хартия“,25 и французское рабочее движение приняло определенную социально-экономическую физиономию. Это движение, именовавшееся революционно-синдикалистским или, как в насмешку его называли государственные социалисты, анархо-синдикалистским, сделало быстрые и шумные успехи не только во Франции, но и за ее пределами. Естественно, такое крупное событие в трудовом мире не могло не обратить на себя внимание П. А. Кропоткина. И Кропоткин с неослабным интересом следил за его развитием, сочувствовал и помогал.

Когда, после неудачной войны с Японией, в России вспыхнула революция, в которой быстро и наспех организовавшийся пролетариат показал свою мощь и силу своего революционного орудия — всеобщей стачки, П. А. Кропоткин самым энергичным образом стал на сторону таких людей как Фердинанд Пеллутье и с отчетливой ясностью изложил свои взгляды на профессиональное движение, на его роль и значение в момент подготовительной борьбы, революции и “на второй день после революции”. На русском языке Кропоткин впервые изложил свои взгляды на профессиональные союзы в статье: “Русский рабочий союз”.*) В этой статье он наметил основы и задачи для русского рабочего движения и установил взгляд, которым должны руководиться анархисты, работая в профессиональном движении.

“Социал-демократы, пишет Кропоткин, хотят завоевания власти и расчитывают на парламент; мы хотим захвата средств производства и наличного богатства капитали-

________
*)   Сборник „Хлеб и Воля», СПБ., стр. 181-198.

___________________________________________
ИНТЕРНАЦИОНАЛЬНЫЙ СБОРНИК           108

стического общества, и расчитываем мы на кого? На единственных людей, которые это могут сделать — на самих рабочих. В социал — демократической схеме организацией производства „на другой день после революции» занимается государство, а у нас кто? Группы рабочих производителей, и при том, в силу практической необходимости, рабочих, занятых в одном и том же производстве, т. е. иначе говоря, ПРОФЕССИОНАЛЬНЫЕ СОЮЗЫ. Эти группы, которые призваны в будущем стать производительными, имеют для нас такое же жизненное значение, как для социал — демократов парламент; их дух, состав идей, настроение для нас тоже, что для социал — демократов дух и состав будущего социалистического правительства.

“Но профессиональные союзы заслуживают нашего внимания не только как будущие организаторы: они представляют для нас другой не меньший интерес в НАСТОЯЩЕМ, как РАБОЧАЯ СРЕДА.*)

* * *

На совещании русских анархистов коммунистов в Лондоне, в октябре 1906 года, Кропоткин сделал два доклада: “Революция политическая и экономическая” и “Наше отношение к крестьянским и рабочим союзам”, в которых он продолжал развивать взгляды, изложенные в “Русском рабочем союзе”.**)

“Эра динамита”, как мы сказали, оказала разлагающее влияние на международное анархическое движение и, в частности, на русское, в котором влияние этой эры сказалось в 1905-7 годах в виде “безмотивного террора” и частных экспроприаций, „эксов”***). Кропоткин, поскольку

________
*)    См. Сборник „Хлеб и Воля“.
**)  Русская Революция н Анархизм. Доклады, читанные на с’езде Ком.-Ан., в октябре 1906 года. Под ред. П. Кропоткина. Лондон, 1907 г.
***) Газета „Безначалие“ (№ 1, апрель, 1905 г.) в передовой программной статье писала: „Группа „Безначалие“ находит, что анархизм, если он только не желает безпомощно топтаться на одном месте, все более и более погрязая в невылазную тину реформистского опортунизма и самодовольного ученого доктринерства, должен поставить на своем черном знамени:
…. 5) … Безпощадную кровавую народную расправу. (Курсив „Безначалия“).
6) … Признавание краж и всяких открытых нападений на лавки и дома, совершаемые угнетенными классами“. Тоже самое проповедывало „Черное Знамя“, „Бунтарь“ и даже еще в 1913 году находились защитники „эксов“, писавшие на страницах „Рабочего Мира“.

___________________________________________
П. А. КРОПОТКИН И ЕГО УЧЕНИЕ               109

мог, боролся с равашоливщиной во Франции и других странах и он не приминул стать на борьбу и с русской равашоливщиной, больше того, вместе с равашоливщиной он осудил и „групповизм”, обрекавший анархистов на варение в собственном соку.

“Присматриваясь к тому, что до сих пор делали в России анархисты, мы должны признать, говорит Кропоткин, что нашими товарищами едва ли была понята вся важность предстоящей нам задачи.

“Много личного геройства было проявлено за эти два года. Но все оно проявлялось так, как будто мы думали, что стоит только отдельным лицам смело об’явить войну старому порядку, совершить несколько актов террора и отнятия денег у богатых, чтобы народ восстал, свергнул немедленно старый строй и приступил к коммунистической экспроприации богатств. Дело революции, однако, не так просто. Без народа, без массы не может быть революции. Но массы — если геройские акты и заставляют их задумываться — все-таки не поднимаются, если внутри их не сделано серьезной, предварительной агитационной работы“*). И Кропоткин звал в массы, в гущу „чернорабочего люда“ промышленных городов, в гущу сермяжного крестьянства. Из душной групповой атмосферы он звал на широкий простор рабоче-крестьянского мира и ставил деятельность среди масс в обязанность анархистам.

„Пора теоретических рассуждений в отдельных маленьких группах прошла. Мы выработали свои идеалы и цели, мы сложились, как люди, воодушевленные общею целью и согласившиеся в общих чертах относительно способов действия. Но жизнь быстро идет вперед и требует от нас большего; гораздо большего даже, чем отдельные акты героизма в борьбе с капитализмом и его защитниками в правительстве. Она требует от нас деятельного вмешательства в жизнь крестьянских и рабочих масс.

“Обязанность анархистов — быть среди рабочих и не давать политическим партиям эксплоатировать рабочее движение в пользу парламентского постепеновства. Им

________
*)    Русская Революция и Анархизм. Доклады, читанные на с’езде Коммунистов-Анархистов, в октябре 1906 года. Под ред. П. Кропоткина. Лондон 1907. См. докл. П. Кропоткина „Революция политическая и экономическая“, стр. 24.

___________________________________________
ИНТЕРНАЦИОНАЛЬНЫЙ СБОРНИК           110

предстоит проводить в рабочую среду революционную мысль, с тем, чтобы из крестьянских и рабочих союзов создать силу, которая могла бы САМА приступить, на деле и на месте, к ‘планомерной массовой экспроприации1[1]).

Если бы этот призыв был услышан, если бы анархисты первой революции вняли голосу П. А., то, — кто знает? — может быть и исход то революции 1917 года был бы совсем иным. Во всяком случае социалистическое мракобесие было бы в значительной степени ослаблено, а может быть и совсем не было бы допущено. Но, снявши голову, по волосам не плачут. В будущем надо постараться не впадать в старые грехи и помнить, “что при первой попытке установления будущего строя, — будь то в деревнях, среди крестьян, об‘явивших коммуну, — дело организации коммунистической жизни и производства на общих началах непременно выпадет на долю рабочих союзов, которые одни могут взять на себя громадное дело перестройки промышленности в интересах веего общества»**).

* * *

В первом Интернационале родилась мысль, что рабочие об‘единения по ремеслу (теперь по производству) есть зародыши новых форм будущего общества, что они, об‘еди- нившись в Интернационале, должны заменить отходящий мир государства и капитализма*). Со смертью Бакунина и с распадением анархической ветви Интернационала эта идея заглохла. Она снова появляется с развитием революционного синдикализма и становится одной из главных отличительных черт его. Многие анархисты, отравленные групповизмом и индивидуальным боевизмом, незнакомые с историей развития эпохи Первого Интернационала, создали теорию отношения к рабочим организациям, которая не совмещалась с этой мыслью, основной анархической мыслью. Они отвергли ее, как неанархическую и пробавлялись доморощенными идейками показательной коммуны, устроенной в каком-нибудь захваченном городе, полагая,

________
*) Там-же, П. Кропоткин: „Наше отношение к крестьянским и рабочим союзам“, стр. 36.
**) Там-же, стр. 34.
***)  Михаил Бакунин, избр. соч., т. IV, стр. 22.

___________________________________________
П. А. КРОПОТКИН И ЕГО УЧЕНИЕ               111

что пример вызовет подражание и коммуны возникнут повсюду без помощи организованного пролетариата; для текущей же борьбы безмотивный и экономический террор вполне достаточен и не требует рабочей организации по профессии. Нужно вызвать стачку, а когда стачка вызвана, нужно пригрозить капиталисту бомбой, револьвером, если он не идет на уступки, и эту угрозу анархисты, как защитники рабочего класса, должны привести в исполнение. Так, в Белостоке анархисты настолько хорошо зарекомендовали себя с этой стороны, что рабочие искали анархистов, которые бы одним ударом выиграли для них забастовку. И анархисты делали это. Что же получилось? А получилось вот что: рабочие видели в этих бомбах “ИСКЛЮЧИТЕЛЬНО проявление третьего лица — анархической группы”, направленное в пользу их интересов, и спокойно ждали результатов, не ударяя сами палец о палец. И анархисты, “вместо того, чтобы быть застрельщиками движения, силою обстоятельств превратились в единственное действующее лицо”.*) Естественно, такая революционная “благотворительность” и не могла дать других результатов. Люди гибли, а идеи их не доходили даже до масс и сами массы оставались неорганизованным стадом овец, которых капиталисты продолжали стричь без всяких препятствий.

Видя все это, Кропоткин высоко поднял знамя Интернационала и звал анархистов сплотиться под этим знаменем. Он старался привить анархистам правильный взгляд на профессиональные союзы, взгляд, который лежал в основе Международного Товарищества Рабочих, взгляд, который в это время был воспринят революционным синдикализмом западно-европейских стран и дал блестящие результаты.

“Анархисты, говорил Кропоткин делегатам лондонского совещания, смотрят на рабочие союзы, как на ячейки будущего социального строя и как на могучее средство для подготовления такого общественного переворота, который не ограничался бы одною переменою правления, а также перевернул бы современные формы хозяйственной жизни**), т. е. распределение производимых богатств и способов их

________
*) Альманах. Сборник по истории анархического движения в России. Т. I. Белосточанин — „Из истории анархического движения в Белостоке“, стр. 25.
**) Курсив мой. — Г. М.

___________________________________________
ИНТЕРНАЦИОНАЛЬНЫЙ СБОРНИК           112

производства“*). Он предлагал анархистам практическую программу действия, которая ныне лежит в основе анархо-синдикалистской программы и которую даже теперь многие, очень многие анархисты, клянясь именем Кропоткина и Бакунина, считают неанархической и анти-кропоткинской.

„Земля — вся земля — народу, тем кто сам обработывает ее. НЕ В ЛИЧНОЕ ВЛАДЕНИЕ, КАК ЭТО СДЕЛАЛИ БУРЖУАЗНЫЕ ПАРЛАМЕНТЫ ФРАНЦУЗСКОЙ РЕВОЛЮЦИИ — а в ОБЩИННОЕ. И передача дела распределения земли не в руки Министерства Государственных Имуществ, хотя бы и социал-демократического, а самих общин и союзов общин.

“Фабрики, заводы, угольные копи, железные дороги — не Министерству Труда, а самим рабочим, которые на них работают, С‘организованным в вольные союзы.

“Почту и почтовые сообщения — не почтовому директору, а тем, которые в данное время совершают реально, на деле, всю почтовую работу на местах.

“Образование народа — не Боголеповым, одетым в новые мундиры, а самому народу, самим крестьянам и рабочим, и самим жителям, организовавшимся для этого в Образовательные союзы.

“И так — во всех вопросах. По каждому из них мы должны стоять с НАРОДОМ, и об руку с ним бороться против централизаторских якобинских стремлений буржуазии и социал-теоретиков“.**)

Изложенные взгляды П. А. Кропоткина дают ясное представление в какую взаимозависимость он ставил анархизм и синдикализм. И эти взгляды не случайность, не побочные идеи его учения, они одни из главных камней фундамента, на котором Кропоткин строил свое учение об анархии и коммунизме. Эти идеи занимают почетное место во всех политико-экономических и социологических работах Кропоткина. Да если бы они и не занимали такого места, если бы они были изложены только в рассмотренных небольших трех статьях: “Русский рабочий союз”, “Революция политическая и экономическая” и “Наше отношение к крестьянским и рабочим союзам”, то и тогда ЧИТАТЬ ДАЛЕЕ →

________
*)  Русская Революция и Анархизм. Доклады… П. Кропоткин: „Наше отношение к крестьянским и рабочим союзам», стр. 35.
**) Там-же, П. Кропоткин: „Революция политическая и экономическая», стр. 23.