Труды Международной научной конференции, посвященной 150-летию со дня рождения П.А. Кропоткина. М., 2002. Вып. 4: Идеи П.А.Кропоткина и естествознание. Вопросы биографии П.А.Кропоткина. С. 158–178.

Дж.Слэттер
Великобритания

ПИСЬМА П.А.КРОПОТКИНА КАК ИСТОРИЧЕСКИЙ ИСТОЧНИК

В одном из томов переписки датского критика и социалиста Георга Брандеса опубликована фотография, сделанная на русской границе во время возвращения П.А.Кропоткина домой в 1917 г. [1] Старый анархист и ученый стоит вместе с дочерью Александрой перед огромной кучей сундуков и чемоданов. Из письма Кропоткина к его давнишней знакомой Марии Исидоровне Гольдсмит от 15 мая 1917 г. мы знаем, что готовясь к этой поездке, Кропоткин, которому шел 75-й год, вдвоем с женой, почти без посторонней помощи, упаковали почти 70 ящиков из-под чая [2]. Несомненно, многие из этих ящиков содержали библиотеку Петра Алексеевича, которая отражала широкий диапазон его интересов как в области естественных, так и гуманитарных наук. Однако многие из чемоданов, сундуков и ящиков, сопровождавших его обратно в Россию после 41-летней эмиграции, содержали ту огромную переписку, которая потом легла в основу личного фонда П.А.Кропоткина, хранящегося в Государственном архиве Российской Федерации (ГАРФ; бывш. ЦГАОР). Этот фонд (ф.1129) содержит огромное количество писем, большая часть которых относится к периоду эмиграции. Он содержит также ряд писем Кропоткина, например, В.Л.Бурцеву, попавших в него из других мест, главным образом из коллекций бывшего Русского Заграничного Исторического Архива [3]. Письма, хранящиеся в этом фонде — в подавляющем большинстве оригиналы писем Кропоткину, написанных другими лицами. Все же нельзя не упомянуть большое количество хранящихся в этом фонде черновиков кропоткинских писем, а также обширную переписку П.А.Кропоткина с братом Александром Алексеевичем, длившуюся с их ранней юности до смерти А.А.Кропоткина в 1886 г. [4]

Другие фонды ГАРФа также содержат немалое число писем Кропоткина; здесь следует в первую очередь упомянуть личный фонд П.Л.Лаврова (ф.1162), в котором хранятся письма Кропоткина за долгие годы.

Среди других центральных архивов наиболее богат письмами Кропоткина Архив литературы и искусства (бывший ЦГАЛИ). Здесь хранятся письма Кропоткина журналисту В.И.Шкловскому (Дионео), корреспонденту ряда русских либеральных газет в Англии и переводчику нескольких книг Кропоткина на русский язык, еще несколько писем П.Л.Лаврову, ряд писем С.М.Степняку-Кравчинскому (еще несколько писем ему хранится в архиве Бахметьева Колумбийского университета, Нью-Йорк), помощнику Л.Н.Толстого, основателю колоний толстовцев в Англии В.Г.Черткову [5]. Несколько писем Кропоткина были недавно обнаружены в архиве Русского Географического общества в С.-Петербурге [6].

Письма Кропоткина нередко публиковались — как в советских изданиях, даже в сталинские годы [7], так и в эмигрантских [8], и даже в западной периодике [9].

Собирание и обобщение сведений обо всех опубликованных и неопубликованных письмах П.А.Кропоткина — давно назревшее дело, которым автор этой статьи занимается уже несколько лет. Пожалуй, большинство кропоткинских писем хранится на западе, что и понятно, так как за время долгой эмиграции Кропоткин приобрел за пределами России широкую известность. Эпистолярное наследие Кропоткина на западе сосредоточено в ряде крупнейших архивных центров, но в то же время немало небольших коллекций его писем хранится во множестве самых разных архивов многих стран.

По всей вероятности, самым выдающимся собранием Кропоткинианы на западе располагает Интернациональный Институт социальной истории (International Institute for Social History, IISH) в Амстердаме, Нидерланды (далее — IISH). Самая большая коллекция писем Кропоткина в IISH первоначально собиралась Максом Неттлау — анархистом, товарищем Кропоткина, библиофилом и ученым. Это был один из первых историков анархизма, причем его история анархизма до 1914 г. [10] до сих пор не имеет равных по объему и размаху. Неттлау начал собирать документы по истории анархизма, в том числе и письма Кропоткина, очень рано, в период, когда он сам жил изгнанником в Англии. Эту коллекцию он продал IISH в 1935 г. [11]

Архив Неттлау содержит, помимо писем Кропоткина самому Неттлау, рукописные копии его писем Джемсу Гильому, Луиджи Бертони, Виктору Даву, Полю Робену и др. Письма Кропоткина содержатся во многих других коллекциях IISH: в личном фонде армянского анархиста Александра Моисеевича Атабекяна (1868–1933); в фонде немецкого исследователя анархизма Пауля Эльцбахера (1863–1928); немецкого врача анархиста Рафаэля Фриденберга (1863–1940; Фриденберг убедил Кропоткина проводить зимы в Италии, на оз. Маджиоре, а не в сыром холодном климате Лондона, губительном для здоровья П.А.); французского социолога анархиста Огюстена Амона (Augustin Hamon; 1862–1945); итальянского анархиста Эррико Малатеста (1853–1932); британского анархиста Альфреда Марша (1858–1914); немецкого скорняка анархиста Бернгарда А.Майера (1866–1946); уроженца Одессы врача анархиста Жана Винча (1880–1943), в архиве которого хранятся, между прочим, письма Кропоткина Луиджи Бертони и Жоржу Херцигу, швейцарским анархистам времен еще Юрской федерации Интернационала; русского ревлоюционера-народовольца Василия Павловича Маслова-Стокоза (ум. в 1930 г.), известного под кличкой «Жук». Письма Кропоткина содержатся также в архиве издательства «Freedom», основанного Кропоткиным в Лондоне в 1886 г., и в коллекции «Kleine Korrespondenz» («Малая переписка») Немецкой Социал-демократической партии.

Другой важный центр Кропоткинианы на западе — Гуверовский институт в Стенфорде, Калифорния. Здесь хранится коллекция Б.И.Николаевского, меньшевика-эмигранта и ученого, которую он собирал и до, и во время своего долгого пребывания в США. Коллекция содержит машинописные копии и ксерокопии переписки Кропоткина с М.И.Гольдсмит, упоминавшейся выше (оригиналы писем находятся в Национальной библиотеке Франции, в Париже), а также письма Кропоткина В.Н.Черкезову [12] и другим лицам. В Гуверовском институте хранится также коллекция Волховского, представляющая собой лишь часть архива Феликса Вадимовича Волховского (1846–1914) [13]; она содержит письма П.А.Кропоткина Ф.В.Волховскому. Здесь же находится Парижский архив Охраны, в составе которого имеются перлюстрированные письма Кропоткина Георгию Гогелиа, посвященные, в частности, изданиям анархического издательства «Хлеб и Воля», с которым Кропоткин был связан в 1906–1908 гг. Три письма австрийскому историку Отто Кармину (Otto Karmin), умершему в 1920 г. в 38-летнем возрасте, хранятся в коллекции Кармина.

Множество писем Кропоткина широкому кругу адресатов рассеяно по всему миру. Приведем краткий список архивохранилищ, содержащих его письма. В упоминавшейся выше Лондонской Школе Экономики хранится еще одна часть писем Ф.В.Волховскому. В Британском музее, в коллекции Additional Manuscripts («прочих рукописей») хранятся письма английскому писателю и искусствоведу, социалисту Уильяму Моррису, его дочери Мэй и г-же Нан Драйхерст (Nan Dryherst), бывшей, наряду с Кропоткиным, одним из основателей анархической группы «Freedom». В архиве Палаты Лордов хранятся письма Давиду Владимировичу Соскису, русскому эмигранту-эсеру. В архиве Королевского Географического общества хранится переписка Кропоткина с Джоном Скоттом Келти, продолжавшаяся более 30 лет, а также письма к другим английским географам. В Уэстминстерском городском архиве хранится переписка с редактором журнала «Nineteenth Century» сэром Джемсом Ноульзом и с его преемником Джемсом Скилбеком. Письма Кропоткина хранятся также в Публичной библиотеке г.Бромли — пригорода Лондона, где Кропоткин жил многие годы, а также в библиотеке д-ра Уильямса (Лондонский университет).

Одно письмо Кропоткина 1898 года хранится в Кембридже, в архиве Черчилльского колледжа (Archive of Churchill College), еще несколько писем — в оксфордской Бодлеанской библиотеке (Bodlean Library). В Манчестерской городской библиотеке (Manchester City Library) — письма старому английскому социалисту Чарлзу Роулею (Ch.Rowley). В Шеффилдской городской библиотеке имеются письма социалисту Эдуарду Карпентеру. Бротертонская библиотека Лидского университета (Broterton Library, Leeds University) хранит письма Эйлмеру Моуду (Aylmer Maude), английскому толстовцу. В Ньюкасле (Newcastle-upon-Tyne) письма Кропоткина хранятся в двух библиотеках — в Центральной библиотеке — Джозефу Коуэну (Joseph Cowen), владельцу ряда радикальных газет, а в библиотеке университета — Роберту Спенсу Уотсону, нотариусу, сочувствовавшему борьбе с царизмом. Национальная библиотека Шотландии в Эдинбурге содержит письма Кропоткина в составе бумаг Блэка (Black), Блэки (Blackie), Каннингхэма Грехема (Cunninghame Graham), Даффа (Duff) и Патрика Геддеса (P.Geddes). Ряд писем Кропоткина хранится у частных лиц в Великобритании; многие из них очень ценятся в качестве семейных реликвий [14].

Архивы континентальной Европы хранят также немало коллекций писем П.А.Кропоткина. Собрания IISH охарактеризованы выше; о письмах М.И.Гольдсмит в Национальной библиотеке Франции в Париже также уже упоминалось. Там же, в Париже, во Французском Институте Социальной Истории (Institut Français d’Historie Sociale) хранится обширная, многолетняя переписка с французским анархистом, журналистом Жаном Гравом, редактором многих анархических изданий, в том числе «La Révolte», «Le Révolté» и «Les Temps Nouveaux», в которых Кропоткин принимал деятельное участие. В том же архиве хранятся меньшие по объему коллекции писем французским анархистам Полю Делезаллю (P.Delesalle) и Эмилю Пуже (E.Pouget).

Королевский Архив в Копенгагене хранит интереснейшую переписку с Георгом Брандесом. (Она опубликована в многотомном издании переписки Брандеса, см. прим.1.) В Стокгольме, в Архиве рабочего движения (Arbetarörelsenarkiv) хранятся письма Кропоткина лидерам рабочего движения скандинавских стран. В Австрийском Государственном архиве (Österreichisches Staatsarchiv) имеется два перлюстрированных письма Кропоткина, относящихся к Лондонскому анархическому конгрессу 1881 г. [15] Израильский Национальный Архив содержит письма Кропоткина Густаву Ландауэру (G. Landauer), немецко-еврейскому социалисту и кооператору.

Ряд архивов Финляндии («поднимающейся нации», которой так восхищался Кропоткин) содержит немало кропоткинских писем. В Финском Государственном Архиве (Хельсинки) хранятся датируемые 1900 г. письма финскому сенатору-конституционалисту Лео Мехелину (Leo Mechelin); политику и дипломату Рудольфу Хольсти (R.Holsti; 1881–1945) и писательнице Эйно Мальмберг (Aino Malmberg; 1865–1933). Библиотека Хельсинкского Университета, давно известная как превосходный источник доступных данных по русской истории до 1917 г., содержит письма Кропоткина Ирйо Хирну (Yrjo Hirn; 1870-1952), историку искусства и литературному критику, и журналисту Примусу Нюману (Primus Nyman; 1887–1947). Архив Абосской Академии (Abo Akademi Arkiv) в Турку содержит письма филологу Юлио Рейтеру (Julio Reuter; 1863–1937), геологу Йоганнесу Седерхольму (Johannes Sederholm; 1863–1934) и социологу Эдварду Вестермарку (E.Wectermarck; 1862-1939) [16].

Как известно, Кропоткин несколько лет прожил в Швейцарии и с симпатией относился к этой стране; тем не менее, к моему удивлению, поиски в швейцарских архивах не дали практически никаких кропоткинских материалов: всего одну открытку Джемсу Гильому от 1915 г., архив же последнего, похоже, находится в непригодном для использования состоянии [17].

В США существует немало собраний Кропоткинианы помимо упомянутого выше Гуверовского института в Стенфорде. Отдел редких книг и рукописей (Библиотека Тамимента, Tamiment Library) Колумбийского университета в Нью-Йорке включает письма Кропоткина Эмме Гольдман, американской анархистке русского происхождения, г-же Н.Драйхерст (как уже упоминалось, письма ей хранятся и в Британском музее) и Чарлзу Роулею (письма ему хранятся также в Манчестерской городской библиотеке). Здесь же, в архиве Бахметьева, хранятся, как уже упоминалось, письма Кропоткина С.М.Степняку-Кравчинскому. Библиотека Лили Университета штата Индиана (Lily Library, Indiana University) содержит несколько писем американскому писателю и публицисту Эптону Синклеру 1912-1915 годов. Историческое общество штата Пенсильвания обладает письмами Джозефу Фельсу (J.Fels; ум. в 1914 г.), предпринимателю, стороннику единого налога. В Библиотеке Смитсоновского института (Нью-Йорк) хранится три письма Кропоткина, в том числе одно — Джону Келти, переписка с которым, как указано выше, хранится в Архиве Королевского Географического общества в Лондоне. В Библиотеке Северо-западного университета в Эванстоне, штат Иллинойс (Northwestern University Library at Evanston, Illinois) в составе «Специальных коллекций» (Special Collections) хранится несколько писем Кропоткина разным лицам; еще несколько писем хранится в Отделе редких книг и особых коллекций библиотеки Университета штата Иллинойс в г. Эрбана-Шампейн (Rare books and special collections Library of the University of Illinois at Urbana-Champaign). В Отделе редких книг библиотеки Корнелльского университета (Cornell University Library) в Итаке, штат Нью-Йорк, хранится интересное письмо британскому романисту Форду Мэдоксу Форду (Ford Madox Ford), сестра которого была женой другого корреспондента Кропоткина — Д.В.Соскиса. В Центре гуманитарных исследований им. Гарри Рансома Университета штата Техас в Остине (Hary Ransom Humanities Research Center, University of Texas at Austin) хранится 25 писем Кропоткина литературному критику Эдварду Гарнету [18].

Наконец, в Университетской библиотеке Торонто (Канада) хранится обширная и многолетняя (длившаяся с 1887 по 1917 г.) переписка Кропоткина с Джемсом Мэйвором (James Mavor), историком, чья книга по экономической истории России [19] — одно из наиболее ранних исследований в этой области, не утративших своего значения до настоящего времени. Переписка с Мэйвором содержит интересные сведения о поездках Кропоткина в США и Канаду и об истории переселения в Канаду русских духоборов.

Вполне вероятно, что неизвестные письма Кропоткина еще будут отысканы и в архивах России и бывшего СССР, и у частных лиц на западе. Количество известных его писем в настоящее время уже превышает тысячу; можно предположить, что общее количество сохранившихся писем больше этой цифры раза в два. В количественном отношении эпистолярное наследие Кропоткина примерно равно тому, что оставил после себя Бернард Шоу [20] (кстати, переписывавшийся с Кропоткиным и с его дочерью).

Свидетельства того, что Кропоткин был буквально завален письмами, можно найти в самих письмах. Так, в письме американскому другу Эйбу Айзаку (Abe Issaac) Кропоткин писал, что 18 июля 1907 г. он получил 14 писем, а писем, требующих немедленного ответа, осталось всего 24 [21]. И это писалось в период, когда болезни и возраст заставили его сократить рабочую нагрузку!

Люди писали Кропоткину, как и Шоу, в надежде на разрешение своих проблем. В поздневикторианскую и эдвардианскую эпоху Кропоткин стал каким-то оракулом левого направления, к которому люди обращались по самым разным вопросам — от политики и истории, этики, географии и естествознания до литературы и искусства. Этому нельзя удивляться, так как размах интересов и тем его сочинений охватывал все вышеперечисленные области, а эрудиция была чрезвычайно глубокой.

Письма свидетельствуют и о том, что для содержания себя и своей маленькой семьи Кропоткин вынужден был нести груз каждодневного труда. Это бремя усугублялось постоянной спешкой, вызванной жесткими сроками представления материалов в периодические издания. Режим работы над статьей для журнала «Nineteenth Century» Кропоткин описал в письме Георгу Брандесу 22 ноября 1899 г.: «Это — потрясающая работа, так как надо найти, прочитать и законспектировать неведомое количество книг и статей для того, чтобы написать считанные страницы. Мой письменный стол, стулья, подставки стонут под тяжестью множества книг. Настоящие геологические напластования! Наконец, вчера статья была готова, и я дышу свободно — прямо как после побега». Результатом этой работы была статья длиной 13 страниц, появившаяся в декабрьском номере «Nineteenth Century» [22].

Кропоткин был постоянным сотрудником многих анархических и революционных журналов: английского журнала «Freedom» (причем из писем Альфреду Маршу, хранящихся в IISH, видно, что Кропоткин не только был автором значительной части печатавшихся в нем статей, но и участвовал в редактировании его), анархического еженедельника «Les Temps Nouveaux», редактором которого был Жан Грав и в котором публиковались материалы, легшие в основу книги Кропоткина «Великая Французская революция». Статьи Кропоткина появлялись в Летучих листках Фонда вольной русской прессы (выходили в Лондоне в 1890-х гг.), в издававшемся Георгием Гогелиа анархическом журнале «Хлеб и Воля».

К тому же Кропоткин настаивал на том, чтобы самому читать корректуры своих книг и статей — причем и в тех случаях, когда они выходили в переводах на языки, которыми он владел (Кропоткин знал, кроме русского, французский и английский, а в зрелом возрасте под воздействием своего друга Георга Брандеса выучил датский; немецким, шведским и итальянским Кропоткин владел, но не вполне свободно). Кропоткин постоянно взваливал на себя огромное количество тяжелой, нудной работы, на которую менее честный, менее принципиальный человек никогда бы не согласился. Постоянный непомерный труд отражался на его здоровье, и из писем видно, как длительные периоды тяжелой работы сменяются гриппом (к которому он был очень чувствителен), а долгое лежание в постели расстраивает все его планы и повергает его в угнетенное состояние. В конце 1901 г., после второй поездки в США, Кропоткин серьезно заболел: «Я едва не умер. Сердце больше не хотело работать» [23]. После этой болезни, тянувшейся около полугода, Кропоткин был вынужден сильно сократить свой рабочий день — до четырех-пяти часов [24]. К концу 1900-х годов здоровье не позволяло ему проводить зимы в Лондоне, и с 1919 г. каждую зиму он уезжал в Италию [25]. Эта же причина вынудила его переселиться из Лондона в Брайтон на южном побережье Англии [26]. Однако здоровье продолжало ухудшаться, и в 1915 г. он перенес две операции.

Письма Кропоткина ценны для нас в первую очередь как важные автобиографические свидетельства. Так, сразу обращает на себя внимание то центральное место, которое занимают в его жизни семья, а также друзья. Он говорит о себе как о человеке чувствующем, эмоциональном, и трепет его эмоций ясно отражается в его письмах. Эмоции прорываются даже в письмах английским друзьям, хотя можно заметить, что с англичанами Кропоткин более сдержан. Пожалуй, наиболее открыто они проявляются в письмах к русским друзьям — например, к М.И.Гольдсмит, «Марусе». Читая эти документы, чувствуешь, что жизнь их автора не делится на личную, общественную, профессиональную и т.д. Напротив, жизнь Кропоткина — единое целое, и разные ее сферы вытекают одна из другой и обогащают друг друга. Отсюда, на мой взгляд, рождается то сильное впечатление, которое производит на нас личность Кропоткина, чьи принципы одинаково применялись во всех сферах жизни — общественной, профессиональной и личной.

Деятельность Кропоткина затрагивала многие стороны европейской действительности XIX — начала XX в.; некоторые сферы его активности распространялись и за пределы Европы. Круг лиц, с которыми он был знаком и/или состоял в переписке, необычайно широк. Многие сотни его корреспондентов могут быть условно распределены на три круга.

Внутренний круг переписки обнимает тех корреспондентов, которые разделяли его убеждения анархиста-интернационалиста. Среди крупных фигур международного анархического движения с 1876 г. (смерть Бакунина) и до 1914 г. (когда после начала I Мировой войны антинемецкая позиция Петра Алексеевича заставила многих его товарищей отойти от него) почти не было таких, кто бы не состоял хотя бы в эпизодической переписке с Кропоткиным. С одними из этих друзей, как например, со Степняком-Кравчинским, он познакомился еще в Петербурге, с другими — с Джемсом Гильомом, Луиджи Бертони, Эррико Малатеста, Элизе Реклю, Жаном Гравом и др. — он сблизился в ранние годы эмиграции, в Швейцарии и во Франции. Наконец, десятилетия, проведенные в Великобритании, дали ему таких друзей, как Макс Неттлау, Луиза Мишель, Уильям Моррис и др. В письмах своим политическим единомышленникам Кропоткин обсуждал проблемы, волновавшие в эти годы революционное движение — об отношении к террору и террористам, об отношении к I Мировой войне, о соотношении этики и политики и т.д. Обсуждались вопросы, связанные с историей движения, уточнялись отдельные детали, шел обмен мнениями о мемуарах революционеров и людей из противоположного лагеря.

Следующий круг корреспондентов составляют русские эмигранты, придерживавшиеся радикальных взглядов, но не разделявшие анархических убеждений Кропоткина — П.П.Лавров, Н.В.Чайковский, Ф.В.Волховский, Д.В.Соскис, С.П.Тюрин, В.Л.Бурцев, И.В.Шкловский и др. В письмах к ним обсуждаются вопросы, общие для всех русских политических эмигрантов: об отношении к правительствам иностранных держав, поддерживающим царизм (ссудами, выдачей эмигрантов или их преследованием), об организации помощи заключенным и ссыльным, об общеэмигрантских организациях (главным образом просветительских).

Кропоткин был среди основателей и активистов Общества Друзей русской свободы — организации, которая в 1890–1914 гг. серьезно влияла на британское общественное мнение (для которого в конце XIX в. была характерна известная русофобия), склоняя его к поддержке русского народа и отрицательному отношению к действиям царского правительства. Кропоткин пользовался всеми средствами пропаганды против царского строя и злодеяний правительства: для Парламентского русского комитета (Parliamentary Russian Comittee) он написал довольно большую брошюру «Террор в России» [27], в которой обличал подавление рабочего, крестьянского и революционного движения после революции 1905 г. Когда в 1909 г. в России был арестован вернувшийся туда в 1905 г. Н.В.Чайковский, Кропоткин прилагал много усилий, чтобы добиться облегчения приговора. Он помогал другим жертвам царизма — много сил было потрачено им в деле помощи русским духоборам, переселявшимся в Канаду. Вопросам помощи духоборам посвящены многие письма Дж.Мэйвору и Э.Моуду. Кропоткин, как и другие русские политические эмигранты в Западной Европе, много занимался агитацией за сохранение права политического убежища и свободную политическую деятельность.

Кропоткин выступал против процесса над В.Л.Бурцевым, арестованным в Лондоне в 1898 г. по обвинению в подстрекательстве к цареубийству. (Бурцев был приговорен к полутора годам каторжных работ.) Кропоткин был одним из инициаторов плана создания образовательного института для русско-еврейских рабочих в Лондоне (план был частично осуществлен — в 1901–1905 гг. в Ист-энде существовало Общество популярных лекций), а также планов помощи оказавшимся на западе морякам с броненосца «Потемкин».

Наконец, третий круг составляет переписка Кропоткина с членами научных обществ, представителями издательских кругов, писателями и другими членами интеллектуальной элиты всего мира. Разумеется, что в переписке с этой группой корреспондентов Кропоткин касался не только литературных или научных вопросов, а обсуждал и злободневные политические новости и даже пропагандировал революционные взгляды. Так, в многолетней переписке с датским литературным критиком и социалистическим активистом Георгом Брандесом обсуждаются и литературные, и политические дела, а в длинном письме от 2 сентября 1898 г. Кропоткин объясняет свое сложное, дифференцированное отношение к терроризму [28]. Длительная переписка с Дж.Мэйвором посвящена не только помощи духоборам, но и циклу лекций о русской литературе, прочитанных Кропоткиным во время поездки в США в 1901 г. и легших в основу его книги «Идеалы и действительность в русской литературе».

В письмах Кропоткина его редакторам Дж.С.Келти («Geographical Journal»), Дж.Ноульзу и Дж.Скилбеку («Nineteenth Century»), участникам британского антицаристского движения Дж.Коуэну, Р.К.Грэхему, Р.С.Уотсону и др. обсуждаются специфические организационные вопросы. С такими адресатами, как Патрик Геддес (пионер территориального планирования) или литературный критик Э.Гарнет, Кропоткин переписывался на специфические темы.

В течение многих лет жизни в Великобритании Кропоткин постоянно участвовал в британской общественной жизни. Он читал лекции на разнообразные темы, собиравшие многочисленную аудиторию в самых разных концах страны. Кропоткин сотрудничал с разнообразными Обществами для Воскресных Лекций (викторианское воскресенье можно было использовать лишь для наиболее серьезных развлечений), филиалами Фабианского Общества (хотя государственный социализм, идеал фабианцев, был, видимо, ему совершенно чужд), с Анкотским Братством (названным по имени одного из районов Манчестера) социалиста Чарлза Роулея, с Этическим обществом Саут Плейс (названному по лондонской площади South Place) — обществом атеистов и инакомыслящих, существующим до сих пор. Он посещал митинги, собиравшиеся британскими политическими организациями, в частности, Социалистической Лигой Уильяма Морриса. Кропоткин часто писал статьи и письма на злободневные темы в газеты «Newcastle Daily Cronicle», «Times», в журналы «Nineteenth Century», где он вел в 1892–1901 гг. раздел «Современная наука», «Geographical Journal», где в течение нескольких десятилетий появлялись его рецензии и обзоры работ русских географов, а также собственные географические труды. Кропоткин вел разделы в ежегодниках «The Statesman’s Yearbook» (его редактором был Келти) и «The Cooperative Yearbook» (ежегодник кооперативного движения, очень активного в Великобритании в конце XIX — начале XX вв.).

Кропоткин поддерживал стачки британских рабочих (стачку докеров 1896 г., стачку инженеров 1897 г.), публично выступал против англо-бурской войны 1899–1902 гг., на что отваживались в Англии немногие. Вся эта общественная деятельность постоянно упоминается и обсуждается в его письмах.

В 1912 г. Кропоткину исполнилось 70 лет. Британские сторонники и друзья торжественно отпраздновали юбилей Кропоткина; для вечера в его честь был снят театр «Адельфи». Хотя юбиляр не мог присутствовать на нем (была зима, и Кропоткин был в Италии), его письма с выражением благодарности устроителям вечера показывают, как он был тронут.

В письмах Кропоткина прекрасно отражается многогранность его жизни и деятельности. Он был выдающейся фигурой в истории развития анархической теории и политической мысли вообще, в деле сближения гуманитарного и естественнонаучного знания. Общеизвестна его роль в русском революционном движении (хотя его влияние на зарубежное общественное мнение было, видимо, все же больше, чем на общественное мнение в России), в исследовании Сибири и в разработке ряда теоретических проблем в географии; в Англии хорошо известна его роль в британской общественной жизни викторианского времени. Многое из того, над чем он работал, представляет интерес и даже практическую пользу для настоящего, так как его работы могут дать человечеству и, видимо, России в особенности, ответы на вопросы, которые все еще являются злободневными. Письма Кропоткина — это окна в его умственную лабораторию, они дают нам возможность увидеть его идеи в процессе их формирования и развития, до их публичного выражения, а иногда — и те идеи, которые вообще не высказывались публично или не стали широко известны. Письма показывают нам Кропоткина на фоне его времени и помогают оценить потенциальное значение его идей для современности. Они заслуживают собирания, изучения и публикации.

Примечания

1. Brandes G. Correspondance. Lettres choisies et annotees par P.Kruger. Copenhague, 1952–1966. Т.1–3.

2. См.: Confino M. Kropotkin’s return to Russia (Unpublished letters of Peter Kropotkin, February-November 1917) // Slavic and Soviet Series. 1979. Vol.4, № 1/2. P.28. Мария Исидоровна Гольдсмит была русской анархисткой, жила в эмиграции в Париже. Ее переписка с Кропоткиным, состоящая почти из 400 писем, хранится в Departement des manuscrits Национальной библиотеки Франции в Париже. Машинописные копии этих писем хранятся, вместе с ксерокопиями оригиналов, в Гуверовском институте в Калифорнии; еще один экземпляр машинописных копий — в упоминавшемся выше фонде П.А. Кропоткина в ГАРФ.

3. Архив был основан в Праге в 1920-е годы и содержал большое количество материалов, относящихся к до- и послереволюционной политической эмиграции. Коллекции Русского Заграничного Исторического Архива были захвачены советскими войсками в 1946 г. и вывезены в СССР. Большинство документов из этого архива оказалось в личных фондах ГАРФ.

4. Известная двухтомная публикация этой переписки (Петр и Александр Кропоткины. Переписка. Под ред. Н.К.Лебедева. М.; Л.: Academia, 1932-1933) содержит не все сохранившиеся письма братьев Кропоткиных.

5. О жизни Черткова в Англии см.: Holman M. Translating Tolstoy for the Free Age Press: Vladimir Chertkov and his English manager Arthur Fifield // Slavonic and East European Review. 1988. Vol. 66, № 2. P. 184–197. Кропоткин испытывал большую симпатию к толстовству и часто посещал толстовские колонии, находившиеся в Малдоне в графстве Эссекс и в Перли в графстве Хэмпшир.

6. Они обнаружены Андреем Викторовичем Бирюковым, давно и щедро сотрудничающим с автором настоящей статьи.

7. См. библиографический указатель, опубликованный Институтом научной информации по общественным наукам РАН: Петр Алексеевич Кропоткин. Указатель литературы 1921-1992 гг. / Сост. И.Л.Беленький, Е.В.Старостин. М., 1992.

8. Тюрин С.П. Отъезд П.А.Кропоткина из Англии в Россию и его письма // На чужой стороне. 1924. № 4. C.216–238; Письма П.А.Кропоткина В.Л.Бурцеву // Там же. 1924. № 6. C.119–155; Письма П.А.Кропоткина к Н.В. Чайковскому // Русский исторический архив. Прага, 1929. Сб.1. C.301–317; Письма Кропоткина Яновскому // Интернациональный сборник, посвященный десятой годовщине со дня смерти П.А.Кропоткина. Чикаго, 1931. C.250–268; Письмо Кропоткина М.И. Гольдсмит // Там же. C.239–249; Письмо Дмитровским кооператорам // Там же. C.149–153; Переписка П.А.Кропоткина с М.Наделем // Там же. C.279; Письмо П.А.Кропоткина [«Александру»] // Там же. C.288–290; Письма Кропоткина Хр.Корнелиссену // Там же. C.270–277; Несколько выдержек из писем Кропоткина к Жану Граву // Пробуждение. 1931. № 15. C.7–14; Неттлау М. Взгляд на жизнь и учение П.А.Кропоткина в свете некоторых его писем 1876–1914 годов // Там же. C.75–164; Переписка П.А.Кропоткина с Н.А.Рубакиным. 1911–1913 // Там же. C. 46–53.

9. Melgunov S. Kropotkin et la culture française // Le monde slave. 1925. № 1. P.59–61; Lettres de P.A.Kropotkin à S.P. Tjurin 1917–1920 // Ibid. P.140–155; Bakounine T. Lettres inédites de Pierre Kropotkine a Marie Goldsmith // Ibid. 1934. P.418-426; Letter to Nettlau // Kropotkin on anarcism and revolution. New York, 1970. P. 193–207; Letter to Steffen // Ibid. P.309–316; Silberner E. Unbekannte Briefe Peter Kropotkins an Gustav Landauer // International Journal of Economics and Social History. 1977. P.111–130; Confino M. Pierre Kropotkine et les agents de l’Ohrana: étude suivi de treize lettres inédites de P.Kropotkine à M.Goldsmith et à un groupe anarchiste russe // Cahiers du monde russe et soviétique. 1983. T.XXIV, № 1/2. P.83–149; Eodem. Anarchisme et internationalisme. Autour du manifeste des seize. Correspondance inédite de Pierre Kropotkine et de Marie Goldsmith, janvier–mars 1916 // Ibid. 1981. T.XXII, № 2/3. P.231–249; Eodem. Kropotkine en 1914: La guerre et les congrès manqués des anarchistes russes. Lettres inédites de Piere Kropotkine à Marie Goldsmith 11 janvier — 31 decembre 1914 // Ibid. 1982. T.XXIII, № 1. P. 63–107. См. также прим. 1 и 2.

10. Nettlau M. Der Vorfrühling der Anarchie. Berlin, 1925; Nettlau M. Der Anarchismus von Proudhon zu Kropotkin (1859–1880). Berlin, 1927; Nettlau M. Anarchisten und Sozial-revolutionäre (1880–1886). Berlin, 1931. Еще четыpе тома, охватывающих период 1886–1914 годов, при жизни Неттлау не были опубликованы. Все семь томов были напечатаны в Лихтенштейне в 1981 г.

11. Guide to the International Archives and Collections at IISH, Amsterdam / Ed. by A. van der Horst and E.Koen. Amsterdam, 1989, p.120–121. Дальнейшие сведения см.: Vuilleumier M. Les sources de l’histoire sociale // Cahiers Vilfredo Pareto. 1964. № 3.

12. Письма опубликованы Б.И.Николаевским в журнале «Каторга и ссылка» (1926, № 4(25), с.7–28). Варлаам Николаевич Черкезов (1846–1925) — грузинский князь, анархист; как и Кропоткин, многие годы провел в эмиграции в Лондоне.

13. Коллекция была приобретена на аукционе в 1960-х годах; две другие части были приобретены Хаутонской библиотекой Гарвардского университета (Houghton library of Harvard University) и Лондонской Школой Экономики (London School of Economics).

14. Автор выражает глубокую благодарность Дафне Сангстер, Катрин Кольман, Бенджамену Беку, Каролайн Кам и проф. Дж.О.Бэйлену за информацию о такого рода письмах и за их копии.

15. Подробнее см.: Oliver H. The International anarchist movement in late Victorian London. London, 1983.

16. Автор приносит глубокую благодарность за информацию, относящуюся к этим письмам, а также за их ксерокопии, Вейко Лехтонену из Хельсинки.

17. Письмо автору из Государственного архивного управления Невшателя (Service des Archives de l’Etat, Neuchatel) от 21 декабря 1989 г. Эти сведения, однако, противоречат данным статьи М.Виллюмье (Vuilleumier M. Les archives de James Guillaume // Le mouvement social. 1964. № 48), в которой, правда, отмечается разрозненное состояние бумаг Гильома, но все же у меня сложилось впечатление, что по крайней мере в невшательском архиве они были в хорошем (близком к первоначальному) состоянии.

18. Характеристику Э. Гарнета см. в биографии его жены Констанции, в течение многих лет переводившей русскую классическую литературу на английский язык: Garnett P. Constance Garnett. A heroic life. London, 1991. (Автор книги — внук Э. и К.Гарнет.) Эдвард Гарнет известен, между прочим, тем, что открыл Джозефа Конрада.

19. Mavor J. An Economic history of Russia. London etc., 1914. Vol. 1–2.

20. Переписка Шоу была опубликована в четырех томах под ред. Дэна Лоуренса в 1965-1988 гг., но даже это собрание не включает всех написанных Шоу писем — так, в него не вошли многочисленные письма, хранящиеся в русских архивах (напр., в личном фонде С.М.Степняка-Кравчинского в ЦГАЛИ).

21. ГАРФ, ф.1129, оп. 2, ед. хр.67, л.9-10.

22. Kropotkin P. Recent science: I. Meteorites. II, III. Cometes // Nineteenth Century. 1899. Vol.45, Dec. P.934–946.

23. Письмо Георгу Брандесу от 23 октября 1902 г.

24. Письмо Брандесу от 20 марта 1903 г.

25. Письмо Джемсу Скилбеку от 3 декабря 1909 г.

26. Письмо Джемсу Мэйвору от 4 октября 1911 г.

27. Kropotkin P. The terror in Russia. London, 1909. Брошюра выдержала несколько изданий.

28. Письмо было напечатано по-русски еще в 1898 г. в «Листках Фонда вольной русской прессы», откуда было недавно перепечатано. См.: Труды Комиссии по научному наследию П.А.Кропоткина. М., 1992. Вып.1. C.139–142.

Summary

J.Slatter (United Kingdom)
The correspondance of P.A.Kropotkin
as historical source material

The collecting together of the letters written by P.A.Kropotkin is a long-overdue task which author of this paper has been engaged on for some time. Probably the larger part of these letters is in the West, in view of Kropotkin’s long stay and great fame there. However, large part of his vast correspondence, chiefly letters to him from all over the world, forms the basis of huge Kropotkin’s personal archive housed in a State Archive of Russian Federation (former Central State Archive of October Revolution, TsGAOR).

What will emerge from the collection of the correspondence of P.A.Kropotkin is the many-sideness of his life and activity. The letters are windows into Kropotkin’s mental workshop: they show us his ideas in the process of formation, and occasionally ideas which did not achieve public expression, or did not do so in the works well enough known to be republished and therefore familiar to the modern reader.